Мои методы

 

Ниже перечисленные методы применяются мной в практике помощи клиентам. По десяти из ниже перечисленных направлений я имею сертификаты, из остальных трех использую практики, методики и идеи. 

В своей многолетней практике все больше прихожу к выводу, что использование монометода, даже на очень высоком уровне профессионализма, недостаточно эффективно решает проблему клиента.

Личность каждого человека уникальна, проблемная ситуация и её глубинные причины уникальны, этап развития проблемы уникален, вот и подбирать ключи нужно уникальным, интегративным способом. Я применяю интегративный подход в психотерапии, в котором сочетаю инструменты разных школ. При этом остаюсь гуманистически ориентированным специалистом.

  1. ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИЯ
  2. ТЕЛЕСНО-ОРИЕНТИРОВАННАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ (англ. bodywork)
  3. СЕМЕЙНАЯ ТЕРАПИЯ (англ. family therapy)
  4. КЛИНИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ (англ. clinical psychology)
  5. СКАЗКОТЕРАПИЯ
  6. КОГНИТИВНАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ
  7. АРТ-ТЕРАПИЯ
  8. НЕЙРО-ЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ПРОГРАММИРОВАНИЕ (англ. Neuro-linguistic programming)
  9. ЭРИКСОНОВСКИЙ ГИПНОЗ
  10. АНАЛИТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ (англ. analytic psychology)
  11. ТРАНЗАКТНЫЙ АНАЛИЗ (англ. transactional analysis, TA)
  12. ПСИХОДРАМА (англ. psychodrama)
  13. СИМВОЛ-ДРАМА
  14. ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНО-ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ
  15. ОРГАНИЗАЦИОННОЕ КОНСУЛЬТИРОВАНИЕ

 

Если вас интересует суть методов, то вы можете прочитать о них подробную информацию, спустившись, ниже на странице.


ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИЯ (англ. gestalt therapy) — направление психотерапии, развившееся во 2-й пол. XX в., основывающееся на понятиях классической гештальт-психологии, в частности, на понятиях гештальта, фигуры и фона и на теории поля К. Левина. В то же время в Г.-т. можно найти элементы самых разных психологических и философских течений — психоанализа, экзистенциализма, психодрамы, феноменологии, дзэн-буддизма и др. Создатель Г.-т. — амер. психиатр Фредерик (Фриц) Перлз (Perls, 1893-1970). Он считал, что человека следует рассматривать как целостную живую систему, включенную во взаимодействие с окружающим миром, причем сама психологическая жизнь человека — это процесс образования гештальтов, т. е. целостных образов наличной ситуации. Под целостностью организма понимается в данном случае нераздельность и взаимопроникновение физической и ментальной активности человека. Любой аспект поведения человека рассматривается как проявление целого — его бытия. В норме бытие человека осуществляется «здесь и теперь», в контексте наличной ситуации.

Невротическая личность в данном подходе — это человек, не способный жить в настоящем, поскольку он несет в себе незаконченные ситуации (незавершенные гештальты) из прошлого. В результате, ему не хватает энергии для того, чтобы полностью осознавать и действовать в настоящем. Работа терапевта заключается в том, чтобы помочь пациенту сосредоточиться на том, что он переживает «здесь и теперь», путем «замыкания» незавершенных гештальтов. Г.-т. также м. б. соотнесена с феноменологией, т. к. предполагается, что описание происходящего «здесь и теперь» важнее объяснения его причин. На основании описанных положений, по мнению гештальт-терапевтов, развитие человека вплотную связано с расширением зон самоосознавания (self-awareness). Развивая самоосознавание, человек становится более самодостаточным, он может опереться на себя и более полно взаимодействовать с миром. Основными препятствиями на пути к самоосознаванию Перлз называет 4 типа невротических механизмов (4 типа нарушения контактной границы): интроекция, проекция, слияние (конфлюэнция) и ретрофлексия. Позже к этому списку были добавлены механизмы дефлексии и изоляции. (А. А. Корнеев.)

Об этом:

И. Булюбаш «Руководство по гештальт-терапии»

Я. Старак, Т. Кей, Дж. Олдхейм: «Техники гештальт-терапии на каждый день»

Б. Мартель «Сексуальность, любовь и гештальт»

Г. Уилер «Гештальттерапия посмодерна. За пределами индивидуализма»

http://psychological.slovaronline.com/%D0%93/378-GESHTALT-TERAPIYA

ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИЯ. Метод, созданный американским психологом и психотерапевтом Перлсом (Perls F. S.) под влиянием идей гештальт-психологии, экзистенциализма, психоанализа и, в частности, теории Райха (Reich W.) о физиологических проявлениях вытесненного психологического материала. Г.-т. возникла в русле феноменологического подхода, подчеркивающего необходимость осознания пациентом настоящего и важность непосредственного эмоционального переживания. Информацию, необходимую для терапевтического изменения, получают из непосредственного поведения пациента. Феноменологический подход Г.-т. противопоставляется каузальному — традиционному — подходу, при котором усилия психотерапевта направлены на поиски причин расстройств у пациента в его прошлом.

Перлс перенес закономерности образования фигуры, установленные гештальт-психологией в сфере восприятия, в область мотивации человеческого поведения. Возникновение и удовлетворение потребностей он рассматривал как ритм формирования и завершения гештальтов. Функционирование мотивационной сферы осуществляется по принципу саморегуляции организма. Человек находится в равновесии с самим собой и окружающим его миром. Для сохранения гармонии нужно лишь довериться «мудрости тела», прислушиваться к потребностям организма и не мешать их реализации. Быть самим собою, осуществлять свое «Я», реализовывать свои потребности, наклонности, способности — это путь гармоничной, здоровой личности. Больным неврозом, согласно экзистенциально-гуманистической психологии, является человек, хронически препятствующий удовлетворению собственных потребностей, отказывающийся от реализации своего «Я», направляющий все свои усилия на реализацию «Я»-концепции, создаваемой для него другими людьми — прежде всего близкими — и которую он со временем начинает принимать за свое истинное «Я». Отказ от собственных потребностей и следование ценностям, навязанным извне, приводит к нарушению процесса саморегуляции организма.

В Г.-т. различают 5 механизмов нарушения процесса саморегуляции: интроекция, проекция, ретрофлексия, дефлексия, конфлуенция. При интроекции человек усваивает чувства, взгляды, убеждения, оценки, нормы, образцы поведения других людей, которые, однако, вступая в противоречие с собственным опытом, не ассимилируются его личностью. Этот неассимилированный опыт — интроект — является чуждой для человека частью его личности. Наиболее ранними интроектами являются родительские поучения, которые усваиваются ребенком без критического осмысления. Со временем становится трудно различить интроекты и свои собственные убеждения. Проекция — прямая противоположность интроекции, причем, как правило, эти два механизма дополняют друг друга. При проекции человек отчуждает присущие ему качества, поскольку они не соответствуют его «Я»-концепции. Образующиеся в результате проекции «дыры» заполняются интроектами. Ретрофлексия — «поворот на себя» — наблюдается в тех случаях, когда какие-либо потребности не могут быть удовлетворены из-за их блокирования социальной средой, и тогда энергия, предназначенная для манипулирования во внешней среде, направляется на самого себя. Такими неудовлетворенными потребностями, или незавершенными гештальтами, часто являются агрессивные чувства. Ретрофлексия при этом проявляется в мышечных зажимах. Первоначальный конфликт между «Я» и другими превращается во внутриличностный конфликт. Показателем ретрофлексии является использование в речи возвратных местоимений и частиц, например: «Я должен заставить себя сделать это». Дефлексия — это уклонение от реального контакта. Человек, для которого характерна дефлексия, избегает непосредственного контакта с другими людьми, проблемами и ситуациями. Дефлексия выражается в форме салонных разговоров, болтливости, шутовства, ритуальности и условности поведения, тенденции «сглаживания» конфликтных ситуаций и т. п. Конфлуенция, или слияние, выражается в стирании границ между «Я» и окружением. Такие люди с трудом отличают свои мысли, чувства или желания от чужих. Слияние хорошо выявляется на занятиях групповой психотерапией у пациентов, полностью идентифицирующих себя с группой; для них характерно при описании собственного поведения употребление местоимения «мы» вместо «я».

Описанные варианты нарушений процесса саморегуляции представляют собой невротические защитные механизмы, прибегая к которым индивид отказывается от своего подлинного «Я». В результате действия перечисленных механизмов нарушается целостность личности, которая оказывается фрагментированной, разделенной на отдельные части. Такими фрагментами, или частями, чаще выступают дихотомии: мужское-женское, активное-пассивное, зависимость-отчужденность, рациональность-эмоциональность, эгоистичность-бескорыстие. Большое значение придается в Г.-т. описанному Перлсом конфликту между «нападающим» (top-dog) и «защищающимся» (under-dog). «Нападающий» — это интроект родительских поучений и ожиданий, диктующих человеку, что и как он должен делать («Родитель» в терминологии трансактного анализа). «Защищающийся» — зависимая, неуверенная в себе часть личности, отбивающаяся различными хитростями, проволочками типа «сделаю завтра», «обещаю», «да, но…», «постараюсь» («Ребенок» в трансактном анализе). Основная цель Г.-т. состоит в интеграции фрагментированных частей личности.

В процессе Г.-т. на пути к раскрытию своей истинной индивидуальности пациент проходит через пять уровней, которые Перлс называет уровнями невроза.

Первый уровень — уровень фальшивых отношений, уровень игр и ролей. Невротическая личность отказывается от реализации своего «Я». Больной неврозом живет согласно ожиданиям других людей. В результате собственные цели и потребности человека оказываются неудовлетворенными, он испытывает фрустрацию, разочарование и бессмысленность своего существования. Перлсу принадлежит следующий афоризм: «Сумасшедший говорит: «Я Авраам Линкольн», а больной неврозом: «Я хочу быть Авраамом Линкольном», здоровый человек говорит: «Я — это я, а ты — это ты»». Отказываясь от самого себя, больной неврозом стремится быть кем-то другим.

Второй уровень — фобический, связан с осознанием фальшивого поведения и манипуляций. Но когда пациент представляет себе, какие последствия могут возникнуть, если он начнет вести себя искренно, его охватывает чувство страха. Человек боится быть тем, кем является, боится, что общество подвергнет его остракизму.

Третий уровень — тупик. Характеризуется тем, что человек не знает, что делать, куда двигаться. Он переживает утрату поддержки извне, но еще не готов или не хочет использовать свои собственные ресурсы, обрести внутреннюю точку опоры. В результате человек придерживается статус-кво, боясь пройти через тупик.

Четвертый уровень — имплозия. Это состояние внутреннего смятения, отчаяния, отвращения к самому себе, обусловленное полным осознанием того, как человек ограничил и подавил себя. На этом уровне индивид может испытывать страх смерти. Эти моменты связаны с вовлечением огромного количества энергии в столкновение противоборствующих сил внутри человека; возникающее вследствие этого давление, как ему кажется, грозит его уничтожить.

Пятый уровень — эксплозия (взрыв). Достижение этого уровня означает сформирование аутентичной личности, которая обретает способность к переживанию и выражению своих эмоций. Эксплозия — это глубокое и интенсивное эмоциональное переживание. Перлс описывает четыре типа эксплозии: скорбь, гнев, радость, оргазм. Эксплозия истинной скорби является результатом работы, связанной с утратой или смертью близкого человека. Оргазм — результат работы с лицами, сексуально заблокированными. Гнев и радость связаны с раскрытием аутентичной личности и подлинной индивидуальности.

Основным теоретическим принципом Г.-т. является убеждение, что способность индивида к саморегуляции ничем не может быть адекватно заменена. Поэтому особое внимание уделяется развитию у пациента готовности принимать решения и делать выбор.

Поскольку саморегуляция осуществляется в настоящем, гештальт возникает в «данный момент», то психотерапевтическая работа проводится сугубо в ситуации «сейчас». Психотерапевт внимательно следит за изменением в функционировании организма пациента, побуждает его к расширению осознания того, что происходит с ним в данный момент, с тем чтобы замечать, как он препятствует процессу саморегуляции организма, какие блоки он использует для избегания конфронтации со своим настоящим, для «ускользания из настоящего». Большое внимание психотерапевт уделяет «языку тела», являющемуся более информативным, чем вербальный язык, которым часто пользуются для рационализации, самооправданий и уклонения от решения проблем. Психотерапевта интересует, что делает пациент в данный момент и как он это делает, например, сжимает ли кулаки, совершает мелкие стереотипные движения, отводит в сторону взгляд, задерживает дыхание. Таким образом, в Г.-т. акцент смещается с вопроса «почему?» на вопрос «что и как?». Фрагментирование личности часто устанавливается по рассогласованию между вербальным и невербальным проявлениями.

Феноменологический подход диктует принципы и технические процедуры в Г.-т.: и те и другие связаны с настоящим. Основными принципами являются следующие.

  1. Принцип «сейчас». «Сейчас» — это функциональная концепция того, что и как делает индивид в данный момент. Например, акт воспоминания далекого прошлого является частью «сейчас», а то, что происходило несколько минут назад, не является «сейчас».
  2. Принцип «я — ты». Выражает стремление к открытому и непосредственному контакту между людьми. Часто свои высказывания члены психотерапевтической группы направляют не по адресу — конкретному участнику, а в сторону или в воздух, что обнаруживает их опасения и нежелание говорить прямо и однозначно. Психотерапевт побуждает участников группы к непосредственному общению, просит адресовать конкретные высказывания конкретным лицам. Прямая конфронтация мобилизует аффект и живость переживания.
  3. Принцип субъективизации высказываний. Связан с семантическими аспектами ответственности пациента. Психотерапевт предлагает пациенту заменять объективизированные формы (типа «что-то давит в груди») на субъективизированные («я подавляю себя»). Это помогает пациенту рассматривать себя как активного субъекта, а не как пассивный объект, с которым «делаются» разные вещи.
  4. Континуум сознания. Является неотъемлемой частью всех технических процедур, но может использоваться и в качестве отдельного метода. Это концентрация на спонтанном потоке содержания переживаний, метод подведения индивида к непосредственному переживанию и отказу от вербализаций и интерпретаций, одно из центральных понятий Г.-т. Пациент должен постоянно осознавать или отдавать себе отчет в том, что происходит с ним в данный момент, он должен замечать малейшие изменения в функционировании организма. Осознание чувств, телесных ощущений и наблюдение за движениями тела (понимание «языка тела») способствуют ориентации человека в самом себе и в своих связях с окружением.

Технические процедуры в Г.-т. называются играми. Это разнообразные действия, выполняемые пациентами по предложению психотерапевта, которые способствуют более непосредственной конфронтации со значимым содержанием и переживаниями. Эти игры предоставляют возможность экспериментирования с самим собой и другими участниками группы. В процессе игр пациенты «примеряют» различные роли, входят в разные образы, отождествляются со значимыми чувствами и переживаниями, отчужденными частями личности и интроектами. Цель игр-экспериментов — достижение эмоционального и интеллектуального прояснения, приводящего к интеграции личности. Эмоциональное осознание («ага-переживание») — это такой момент самопостижения, когда человек говорит: «Ага!» По Перлсу, «ага» — это то, что происходит, когда что-нибудь защелкивается, попадая на свое место; каждый раз, когда «закрывается» гештальт, «звучит» этот щелчок. По мере накопления фактов эмоционального прояснения приходит прояснение интеллектуальное. Число игр не ограничено, так как каждый психотерапевт, пользуясь принципами Г.-т., может создавать новые игры или модифицировать уже известные. Наиболее известными являются следующие игры.

  1. Диалог между частями собственной личности. Когда у пациента наблюдается фрагментация личности, психотерапевт предлагает эксперимент: провести диалог между значимыми фрагментами личности — между агрессивным и пассивным, «нападающим» и «защищающимся». Это может быть диалог и с собственным чувством (например, с тревогой, страхом), и с отдельными частями или органами собственного тела, и с воображаемым значимым для пациента человеком. Техника игры такова: напротив стула, который занимает пациент («горячий стул»), располагается пустой стул, на который «сажают» воображаемого «собеседника». Пациент поочередно меняет стулья, проигрывая диалог, пытаясь максимально отождествлять себя с различными частями своей личности.
  2. Совершение кругов. Пациенту предлагается пройти по кругу и обратиться к каждому участнику с волнующим его вопросом, например выяснить, как его оценивают другие, что о нем думают, или выразить собственные чувства по отношению к членам группы.
  3. Незаконченное дело. Любой незавершенный гештальт есть незаконченное дело, требующее завершения. По существу, вся Г.-т. сводится к завершению незаконченных дел. У большинства людей есть немало неулаженных вопросов, связанных с их родственниками, родителями и т. п. Чаще всего это невысказанные жалобы и претензии. Пациенту предлагается с помощью приема пустого стула высказать свои чувства воображаемому собеседнику или обратиться непосредственно к тому участнику психотерапевтической группы, который имеет отношение к незаконченному делу. Гештальт-психотерапевтами замечено, что наиболее частое и значимое невыраженное чувство — чувство обиды. Именно с этим чувством работают в игре, которая начинается со слов: «Я обижен…»
  4. Проективная игра. Когда пациент заявляет, что другой человек имеет некое чувство или черту характера, его просят проверить, не является ли это его проекцией. Пациенту предлагается «разыграть проекцию», т. е. примерить на самого себя это чувство или черту. Так, пациента, который заявляет: «Я испытываю к тебе жалость», просят разыграть роль человека, вызывающего жалость, подходя к каждому из участников группы и вступая с ним во взаимодействие. Постепенно входя в роль, человек раскрывает себя, при этом может произойти интеграция прежде отвергаемых сторон личности.
  5. Выявление противоположного (реверсия). Явное поведение пациента часто носит характер защиты, скрывающей противоположные тенденции. Для осознания пациентом скрытых желаний и противоречивых потребностей ему предлагается разыграть роль, противоположную той, которую он демонстрирует в группе. Например, пациентке с манерами «душечки» предлагается разыграть роль агрессивной, высокомерной, задевающей других женщины. Такой прием позволяет достичь более полного соприкосновения с теми сторонами своей личности, которые прежде были скрыты.
  6. Упражнения на воображение. Иллюстрируют процесс проекции и помогают участникам группы идентифицироваться с отвергаемыми аспектами личности. Среди таких упражнений наиболее популярна игра «Старый, заброшенный магазин». Пациенту предлагают закрыть глаза, расслабиться, затем представить, что поздно ночью он проходит по маленькой улочке мимо старого, заброшенного магазина. Его окна грязные, но если заглянуть, можно заметить какой-то предмет. Пациенту предлагают тщательно его рассмотреть, затем отойти от заброшенного магазина и описать предмет, обнаруженный за окном. Далее ему предлагается вообразить себя этим предметом и, говоря от первого лица, описать свои чувства, ответить на вопрос, почему он оставлен в магазине, на что похоже его существование в качестве этого предмета. Идентифицируясь с предметами, пациенты проецируют на них какие-то свои личностные аспекты.

Большое внимание уделяется в Г.-т. работе со сновидениями пациентов. Перефразируя Фрейда (Freud S.), Перлс говорил, что «сон — это королевская дорога к интеграции личности». В отличие от психоанализа, в Г.-т. не интерпретируются сны, они используются для интеграции личности. Автор считал, что различные части сна являются фрагментами нашей личности. Для того чтобы достичь интеграции, необходимо их совместить, снова признать своими эти спроецированные, отчужденные части нашей личности и признать своими скрытые тенденции, которые проявляются во сне. С помощью проигрывания объектов сна, отдельных его фрагментов может быть обнаружено скрытое содержание сновидения через его переживание, а не посредством его анализа.

Перлс сначала применял свой метод в виде индивидуальной психотерапии, но впоследствии полностью перешел на групповую форму, находя ее более эффективной и экономичной. Групповая психотерапия проводится как центрированная на пациенте, группа же при этом используется лишь инструментально по типу хора, который, подобно греческому, на заднем плане провозглашает свое мнение по поводу действия протагониста. Во время работы одного из участников группы, который занимает «горячий стул» рядом со стулом психотерапевта, другие члены группы идентифицируются с ним и проделывают большую молчаливую аутотерапию, осознавая фрагментированные части своего «Я» и завершая незаконченные ситуации.

В последние годы отмечается явная тенденция отхода от ортодоксальной модели Г.-т. с ее непримиримостью к каузальности, полному отказу от анализа и интерпретаций к использованию гештальт-экспериментов в сочетании с каузальными методами психотерапии, чаще с трансактным анализом. Г.-т. наиболее эффективна при лечении неврозов. При работе с психотическими пациентами ее рекомендуют проводить достаточно длительно и осторожно.

http://psychotherapeutic.slovaronline.com/%D0%93/57-GESHTALT-TERAPIYA

 

  1. ТЕЛЕСНО-ОРИЕНТИРОВАННАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ (англ. bodywork) — направление психотерапии, в котором психологические проблемы пациентов рассматриваются в связи с особенностями функционирования их тела. Наиболее распространенные виды Т.-о. п. — это анализ характера (или характероанализ) (character analysis) Вильгельма Райха (Reich, 1897-1957), биоэнергетический подход (bioenergetic analysis) А. Лоуэна (Lowen), биосинтез (biosynthesis) Д. Боаделлы (Boadella) и др.

Райх, ученик З. Фрейда, в результате анализа тела как вместилища психических переживаний и проблем человека, ввел понятие мышечного панциря (muscular armoring) — специфического паттерна мышечных напряжений в теле человека, связанного с его психологическими проблемами. Т. о., в данном подходе исследуется связь между «панцирем» телесных напряжений и «панцирем» характера. Цель психотерапии — разрушение этого панциря и достижение нормального, полноценного функционирования человеческого организма, в результате чего достигается коррекция проблем пациента. Для этих целей Райх использовал различные дыхательные техники, а также работу с сексуальной энергией, которую он называл оргонной энергией (orgone energy). Как и Фрейд, он придавал большое значение сексуальности, считая ее главным источником энергии для человека.

Александр Лоуэн, ученик Райха, развил его учение и создал собственную концепцию, согласно которой в теле человека постоянно циркулируют потоки энергии. Мышечные напряжения, возникающие как следствие эмоциональных проблем (отсутствие контакта со своими эмоциями, отрицание и подавление «нежелательных» эмоций, неспособность к самостоятельности и т. п.), блокируют эти потоки и нарушают нормальную работу организма. Для проработки напряжений он предложил ряд техник, в частности т. н. «арку Лоуэна» и работу на «биоэнергетическом стуле» (breathing stool).

Биосинтез — одно из последних направлений Т.-о. п. Его ведущий автор — Д. Боаделла. В целом, подход опирается на некоторые понятия эмбриологии и опыт райхианской психотерапии, а также на теорию объектных отношений. Термин «биосинтез» трактуется как «интеграция жизни». Основной целью является интеграция 3 жизненных потоков, связанных с зародышевыми листками (эндодерма, мезодерма и эктодерма), формирующимися в первые недели жизни эмбриона. Целостное функционирование этих потоков, с т. зр. биосинтеза, существенно для психосоматического здоровья человека. Нарушения взаимодействия 3 зародышевых листков могут возникнуть вследствие внутриутробного или родового стресса, последующих травм раннего детства. Дальнейшим следствием будет нарушение нормального взаимодействия различных элементов психической жизни человека: либо рассогласование действий с эмоциями и мыслями, либо мыслей с эмоциями и действиями, либо эмоций с действиями и пониманием. В теле человека эти нарушения отражаются соответственно в 3 областях — местах соединения: головы и позвоночника (экто- и мезодерма), в горле (экто- и эндодерма) и между позвоночником и внутренними органами (мезо- и эндодерма). Используя различные техники, в т. ч. заземление (grounding), центрирование (centering), видение (facing), биосинтез пытается достигнуть реинтеграции, что позволяет достичь соматического, психического и духовного здоровья.

Следует отметить, что при всем внимании к физическому телу, в Т.-о. п. также велико значение психологической проработки проблем пациента и осознания, связанных с напряжениями в теле психологических проблем (напр., детских травм, различных комплексов и т. п.). Считается, что сочетание традиционных психотерапевтических методов беседы и анализа с телесно-ориентированными методиками дает более полный и стабильный результат проработки проблем пациента. (А. А. Корнеев.)

Об этом:

Руководство по телесно-ориентированной терапии

Г. Тимошенко, Е. Леоненко «Работа с телом в психотерапии. Практическое руководство»

М. Сандомирский «Психосоматика и телесная психотерапия»

http://psychological.slovaronline.com/%D0%A2/1797-TELESNO-ORIENTIROVANNAYA_PSIHOTERAPIYA

 

3.СЕМЕЙНАЯ ТЕРАПИЯ (или психотерапия) (англ. family therapy) — модификация отношений между членами семьи как системы с помощью психотерапевтических и психокоррекционных методов и с целью преодоления негативной психологической симптоматики и повышения функциональности семейной системы. В С. т. психологические симптомы и проблемы рассматриваются как результат неоптимальных, дисфункциональных взаимодействий членов семьи, а не как атрибуты к.-л. члена семьи («идентифицируемого пациента»). Как правило, С. т. реализует не интра-, но интерперсональный подход к решению проблем; задача состоит в том, чтобы изменить с помощью соответствующих интервенций семейную систему в целом.

Современная С. т. представлена множеством теорий среднего уровня, в числе которых следует указать теорию коммуникаций Г. Бейтсона, структурную С. т. С. Менухина, теорию объектных связей Дж. Фрамо, гуманистическую С. т. К. Роджерса и В. Сатир, системную С. т. М. Палацоли, Ж. Ф. Чекина, Г. Прата и Л. Босколо, позитивную С. т. Н. Пезешкиана, семейную онтотерапию А. Менегетти и др. В рамках этих теорий создан широкий спектр оригинальных понятий («замкнутая патология», «смешение», «псевдообщность», «двойная связь», «двойное послание», «метакоммуникация» и т. д.) и методов («подключение», «круговое интервью», «психологическая скульптура семьи», «позитивное определение симптомов» и т. д.). Рассмотрим основные теоретические ориентации в области С. т.

Семейная поведенческая терапия. Существо этого подхода в идее взаимозависимости поведения индивидов: во всяком взаимодействии каждый из его участников добивается максимизации «вознаграждений» и минимизации «издержек». Вознаграждения определяются как получаемые удовольствия, а издержки — как затраты времени и сил. Супружеские разногласия описываются как функция низкой нормы позитивного взаимоподкрепления. Сравнение конфликтных и неконфликтных супружеских пар обнаруживает более низкий уровень подкреплений и более высокий уровень наказаний в конфликтующих семьях. Основная стратегия С. т. — увеличение во взаимодействии позитивного, награждающего поведения и уменьшение негативного, наказывающего поведения. Объектом коррекции выступает коммуникативное поведение супругов и родителей. Изменения поведенческих образцов взаимодействия в неблагополучных семьях предполагает след. направления коррекционной и обучающей работы: 1) обучение прямому выражению ожиданий, желаний, неудовлетворенностей; 2) обучение специфичному и операциональному выражению желаний и намерений; 3) обучение общению в позитивной, подкрепляющей, конструктивной манере как в вербальном, так и в невербальном плане; 4) обучение усилению чувств взаимности и адекватной коммуникативной обратной связи; 5) обучение супругов заключению различных контрактов на взаимной и односторонней основе; 6) обучение достижению компромисса и консенсуса в семье. Данные направления коррекции м. б. реализованы как в контексте индивидуального консультирования, так и в ситуациях групповой работы. Модель поведенческой С. т. описывается след. стадиями: цель; альтернативные пути достижения цели; программа пошагового движения к цели; практическое осуществление данной программы. Широко используются ролевая игра, видеотренинг, разного рода домашние задания для переноса приобретенных умений в реальные ситуации в семье.

Психоаналитическая С. т. Психоанализ до сих пор — самый распространенный теоретический подход в С. т., его представления популярны среди психиатров и социальных работников. Однако среди самих психоаналитиков не существует единого мнения по поводу того, следует ли считать психоаналитика семейным психотерапевтом. Это обстоятельство объясняется тем, что классический психоанализ ориентирован на изучение и лечение отдельного индивида. Ортодоксальную психоаналитическую позицию по данному вопросу можно охарактеризовать след. образом: семейные нарушения — это симптомы, отражающие индивидуальную психопатологию; люди, обращающиеся к психотерапевту по поводу семейных проблем, имеют глубоко личностные (интраперсональные) конфликты. Поэтому психоанализ выступает как индивидуальное лечение пациента, исключающее прямое воздействие на его внутрисемейные отношения.

И в ряде неопсихоаналитических подходов (напр., эго-психология, теория объектных отношений и др.) проблемы супружеских отношений так же определяются, как проявления внутриличностных конфликтов в контексте межличностных отношений. Внутренний конфликт рассматривается как результат событий, произошедших в раннем детстве. Общими для теорий с психоаналитической ориентацией (психодинамический подход, теория объектных отношений, трансактный анализ) являются след. положения: причиной семейных конфликтов является ранний негативный жизненный опыт; детерминанты неэффективных способов находятся в сфере бессознательного; терапия должна быть направлена на осознание членами семьи вытесненных в бессознательное переживаний, определяющих их поведение и ответственных за возникновение конфликтов. В неопсихоаналитических подходах значительную роль играют интерперсональные отношения как причины семейных конфликтов. Начинают применяться техники, направленные на работу со всей семьей. Терапевт занимает более активную позицию, не только интерпретируя бессознательные переживания членов семьи, но и директивно вмешиваясь в семейные взаимодействия.

Миланский системный подход к С. т. Сложился в 1970-е гг. на основе психоанализа, общей теории систем, работ школы Пало-Альто. Основные положения: семья — саморегулирующаяся и постоянно развивающаяся система; любое действие человека есть форма коммуникации; поведение организовано в виде паттернов взаимодействий, циркулярных по своей природе; невербальные аспекты коммуникации более важны, нежели ее содержание; члены семьи — элементы единой системы взаимодействий, поведение любого из них влияет на поведение всех др., но не является причиной этого поведения; основной регулятор взаимодействий — правила семьи; терапевт в своей работе с семьей придерживается нейтральной позиции, недирективен и адресуется к поведенческим паттернам, а не к членам семьи как личностям. Его задача — освободить семью от патогенных паттернов взаимодействия, дать ей возможность развиваться, не испытывая симптомов. В этом смысле не существует никакого фиксированного нормативного образа семьи. Адаптивные возможности семьи связаны с ее способностью изменяться. Патологические семьи характеризуются т. н. «семейными играми» (стремлениями каждого члена семьи определить отношения с др. в своих собственных терминах, отрицая при этом, что он это делает), которые основаны на ошибочном убеждении, что существует возможность одностороннего контроля над межличностными отношениями. В действительности главное правило игры состоит в том, что выиграть не может никто и никогда, т. к. нельзя контролировать систему циркулярных взаимоотношений. Психотическое поведение — логическое следствие семейной игры. Тем самым любые нарушения психики рассматриваются как нарушения социальных взаимодействий. Терапевтическая работа складывается из отдельных сеансов: предсеанс (обсуждение предварительной информации о семье командой психотерапевтов, выработка исходной гипотезы о функционировании семьи); интервью (получение основной информации о семье, проверка исходной гипотезы); перерыв в приеме (командное обсуждение хода работы, выработка системной гипотезы); интервенция (предъявление терапевтом позитивной констатации, или парадоксального предписания, или ритуализированного поведения семье); пост-прием (командное обсуждение реакции семьи на интервенцию, формулирование общих итогов приема). Командная работа (постоянное супервизорство) — краеугольный камень системной С. т. Здесь реализуются такие принципы терапии, как выдвижение гипотез, цикличность и нейтральность в работе с семьей.

Последний принцип особенно важен, т. к. традиционно считается, что патологическая семья должна измениться (сама себя изменить). На самом деле эта ошибочная т. зр. блокирует возможность подлинных перемен, которые происходят лишь тогда, когда семье предоставляется реальная свобода (в т. ч. и свобода не меняться). Цель системной С. т. помочь семье как системе освободить своих членов от симптомов, взаимозависимостей и защит. Лишь освободившись от системы патологических коммуникаций, человек может решить свои проблемы и обрести подлинную индивидуальность.

Теория «диалога» в приложении к С. т. Фундаментальным понятием данного подхода является понятие диалога (М. М. Бахтин). Диалог — характеристика и базовое условие развития сознания и самосознания человека — многоголосие личностных манифестов и самоопределений окружающих людей. Всякое поведение — реплика в глобальном диалоге. Любое общение диалогично. Степень диалогичности определяется преодолением различных форм сопротивления и защиты, характерных для монологического (закрытого, ролевого, конвенционального, манипулятивного) поведения. Ситуация консультирования — разновидность диалога, в котором активность терапевта задается его позицией эстетической вненаходимости: внутренний мир клиента выступает как отображаемый и понимаемый предмет, но не как поле деятельности и объект анализирования; терапевт обращается к различным аспектам внутреннего мира клиента. Понимание предполагает общение с клиентом, как со свободным человеком, обладающим диалогической интенцией, предполагает встречную активность клиента. Затруднения клиента при вступлении в диалог ставят перед терапевтом задачу провокации его диалогической интенции. Общим решением в данном случае является «принцип молчания»: дефицит значимых реакций терапевта в диалоге с клиентом. Диалогическая позиция терапевта реализуется в след. формах: постулат ответственности (идея свободы и ответственности человека за происходящее и за собственное состояние); ориентация на смысл (постановка перед клиентом задачи на смысл консультирования с последующим переосмыслением им жизненных ситуаций и задач); принципиальная открытость (возможность для клиента в любой момент вновь обратиться к консультанту, перейти к др. методам или к др. специалистам); допустимость совета (как средства установления контакта с клиентом, актуализации в его сознании определенных содержаний, индикации игнорируемых аспектов собственных проблем).

Основные формы обучения в области С. т.: традиционная (лекции, семинары, изучение литературы); совместная (практическая работа под руководством учителя-супервизора); групповая (различные тренинги). Последняя является наиболее эффективной формой подготовки психологов-практиков. Тренинговая программа обучения решает 4 основные задачи: информирует уч-ся, демонстрирует ситуации и техники, отрабатывает психотерапевтические установки и умения, обеспечивает условия процесса самоисследования и личностного роста уч-ся. Эффективный тренинг предполагает, что ведущий сплачивает группу уч-ся, пополняет их самоценность, является аутентичным и конгруэнтным, активным и эмпатичным, позитивным. Постоянная проработка и осознание собственных проблем терапевтом — необходимое условие эффективной С. т. Важная особенность таких программ — командная работа ведущих. Основные навыки терапевта: умение устанавливать и поддерживать контакт с клиентом; умение анализировать состояния клиента и его семейной системы; умение оказывать эффективные директивные и индирективные воздействия на клиента и его семью. (А. Б. Орлов.)

http://psychological.slovaronline.com/%D0%A1/1655-SEMEYNAYA_TERAPIYA

 

  1. КЛИНИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ (англ. clinical psychology; от греч. kline — постель, больничная койка) — термин, получивший распространение в западной психологии, в одном из своих значений близкий термину «мед. психология»; обозначает достаточно широкую область прикладной психологии, имеющей дело с диагностикой отклонений в интеллектуальном и личностном развитии, коррекцией дезадаптивных и девиантных форм поведения детей и подростков, психопрофилактикой, психотерапией и социальной реабилитацией пациентов с психопатическими, психосоматическими и пограничными расстройствами (см. Социореадаптация).

Исторически представления о предмете и методах К. п. претерпели существенные изменения. Свои истоки она берет в работах психиатров конца XIX — нач. XX вв. (Э. Крепелина, Э. Кречмера, Брейера, З. Фрейда, Ж. Шарко, П. Жане и др.), стремившихся с естественнонаучных позиций понять природу психической патологии, описать ее феноменологию и специфическое отличие от нормы.

Клинический метод складывался, объединяя в себе лучшие традиции классической психиатрии (внимательное, сочувственное наблюдение; интуитивное понимание больного как человека) с новаторскими тенденциями к экспериментированию, открытием уникальных возможностей гипноза как метода проникновения в бессознательное.

Др. источником К. п. можно считать изучение индивидуально-психологических различий Ф. Гальтоном и Дж. Кеттеллом в Англии, А. Бине и Ф. Симоном во Франции, положившее нач. применению тестов при исследовании психически больных. После Второй мировой войны в западной К. п. происходит смещение интереса с тестирования интеллекта на изучение индивидуальных личностных особенностей. Проективные методы завоевывают все большую популярность, представляя компромисс между, с одной стороны, стремлением сциентистски настроенных психиатров ограничить субъективность, произвольность трактовок психоанализа и, с др. стороны, растущей потребностью клинической практики в более тонком, глубоком понимании бессознательных тенденций личности, их психологического смысла, влияния на течение и прогноз болезни. (См. Тесты проективные.)

Проективные методы позволяют также перекинуть мостик между 2 видами клинической практики — диагностикой и психотерапией. С 1960-х гг. благодаря «антипсихиатрическому течению» в К. п. проникают гуманистические идеи, и психотерапия (подобно др. видам психологической помощи) становится главной формой профессиональной деятельности психолога в клинике. Изменяется и само понятие «клиника», становясь синонимом «клиники жизни», включая в себя многообразие межличностных проблем, конфликтов, экзистенциальных кризисов. К. п. все реже понимается как узко прикладная к мед. практике область; границы ее профессиональной компетентности расширяются от постели больного к его жизни внутри больничного коллектива и вне его. Возникновение социальной психиатрии способствует еще большему распространению внебольничных форм ведения больного, в т. ч. групповой и семейной психотерапии, психологического консультирования. Т. о., доминирующим становится целостный экологический подход к больному человеку, ориентированный на активацию потенциальных резервов и механизмов выживания, способствующих более гармоничному взаимодействию его с социумом.

На наш взгляд, термином «К. п.» обозначается особый подход, метод в широком смысле слова, позволяющий изучать не болезнь, а больного человека, не столько классифицировать и диагностировать, сколько понимать и помогать. Он объединяет номотетические и идиографические знания о человеке: общепсихологические закономерности — с фактами, выводимыми «методом прецедента», т. е. путем наблюдения, изучения или психотерапевтического анализа т. н. случая (case study — детальное описание и изучение 1 индивида), в результате чего складывается целостное представление об уникальных и устойчивых паттернах переживания и осознавания человеком наиболее значимых аспектов его жизненной истории (см. Идиографический подход).

Среди современных тенденций развития К. п. следует отметить смену естественнонаучной, нозоцентрической парадигматики на гуманитарно- и личностно-центрированную. В рамках этого подхода психодиагностика и психологическая помощь направлены не столько на выявление дефицитарных, сколько сохранных аспектов личности больного человека, развитие способности к духовному росту, порождению новых творческих способов совладания с болезненными состояниями и критическими жизненными ситуациями. Клинический подход в широком смысле слова позволяет решать проблемы диагностики и психологической помощи взрослым и детям в сфере воспитания и образования, иметь дело с трудовой и социальной реабилитацией пожилых людей и инвалидов, создавать специальные программы работы с жертвами насилия и посттравматического стресса. (Е. Т. Соколова.)

http://psychological.slovaronline.com/%D0%9A/774-KLINICHESKAYA_PSIHOLOGIYA

  1. Сказкотерапия — психотерапевтическое направление, использующее сказки для решения тех или иных психологических проблем клиента.

В сказках в символическом виде отражаются основные психологические проблемы людей – архетипические внутренние конфликты. Сказка позволяет обратиться к глубинному опыту человека, открыть и осознать чувства и стремления, скрытые в бессознательном, переосмыслить жизненные события, увидеть пути решения проблем. В сказкотерапии используются терапевтические сказки – истории, метафорически рассказывающие о проблемах и переживаниях, с которыми сталкивается клиент. Сказкотерапевт внимательно слушает рассказ человека о жизни, выделяет архетипический сюжет, влияющий на его жизнь в данный момент, помогает выявить опасные моменты и предлагает стратегию гармоничного «завершения сюжета». Сказка используется в работе с детьми, взрослыми, при индивидуальном консультировании и в групповой психотерапии.

Об этом:

«О чем нам рассказывают сказки»

«Сказкотерапия: легенда обо мне»

Т. Д. Зинкевич -Евстинеева «Основы сказкотерапии»

Дмитрий Соколов «Сказки и сказкотерапия»

Т. Зинкевич — Евстигнеева «Он и Она. Тайный смысл сказки отношений»

http://www.psychologies.ru/glossary/dict/133/

 

 

  1. Когнитивная психотерапия

 

Когнитивная психотерапия — психотерапевтический метод, направленный на улучшение личностной и социальной адаптации клиента через осознание и коррекцию неадаптивных мыслительных схем (убеждений). Когнитивные психотерапевты исходят в своей работе из принципа: поняв то, как человек воспринимает и обрабатывает информацию, можно определить, почему он сталкивается с конкретными психологическими проблемами. А изменив привычный образ мыслей, эти проблемы разрешить. Создатель метода Арон Бек (Aaron Beck, 1921) считал: психологические проблемы возникают из-за того, что мы делаем неверные умозаключения, которые могут сильно искажать реальные события. При этом человек не только воспринимает и оценивает ситуацию, но и мысленно постоянно комментирует то, о чем думает, что чувствует. Такие комментарии Бек называл «автоматическими мыслями» и считал, что они также могут быть источником наших переживаний и неадекватного поведения.

На сеансе когнитивной психотерапии пациент вместе с терапевтом исследует, при каких обстоятельствах проявляется проблема, как возникают «автоматические мысли» и как они влияют на его представления, переживания и поведение. Он учится смягчать свои жесткие убеждения, видеть разные грани проблемной ситуации. Цель когнитивной психотерапии – помочь человеку освободиться от мешающих ему стереотипов мышления (которые зачастую формируются в раннем детстве). Задача терапии в том, чтобы научить человека понимать, как он интерпретирует ситуацию, что замечает, а что игнорирует, почему такая оценка вызывает у него определенные чувства и действия.

Главные представители направления: Арон Бек (Aaron Beck), Альберт Эллис (Albert Ellis), Джордж Келли (George Kelly).

При составлении словарной статьи использовались данные из Большого психологического словаря под редакцией Б. Г. Мещерякова, В. П. Зинченко

Об этом: Сергей Харитонов «Руководство по когнитивно-поведенческой психотерапии»

http://www.psychologies.ru/glossary/dict/132/

  1. Арт-терапия – метод психотерапии, использующий творческую активность клиента для решения его психологических проблем. В арт-терапии широко применяется рисование, лепка, музыка, фотография, кино, литературное творчество, актерское мастерство. С помощью методов арт-терапии успешно разрешаются внутри- и межличностные конфликты, кризисные состояния, проводится работа с травмами, потерями, тревогами, а также развивается креативность, повышается целостность личности. Арт-терапия также помогает обнаружению личностных смыслов через творчество.К видам арт-терапии относят библиотерапию, сказкотерапию, драматерапию (однако не стоит путать это напрвление с психодрамой), песочную терапию (sand play), игротерапию, цветотерапию и ряд других.

http://www.psychologies.ru/glossary/dict/98/

 

  1. НЛП Нейролингвистическое программирование (также нейро-лингвистическое программирование, НЛП, от англ. Neuro-linguistic programming) — направление в психотерапии и практической психологии, основано на технике моделирования (копирования) вербального и невербального поведения людей, добившихся успеха в какой-либо области, и наборе связей между формами речи, движением глаз, тела и памятью.

НЛП является признанным методом психотерапии. Так, методы НЛП, используемые Европейской Ассоциацией Нейролингвистической психотерапии EANLPt, признаются Европейской Ассоциацией Психотерапии как психотерапевтические, EANLPt является всеевропейской сертификационной организацией, выдающей психотерапевтам, использующим НЛП в своей практике в соответствие с критериями EANLPt, Сертификат Европейской Ассоциации Психотерапии.

Было разработано в 1960-х — 1970-х годах группой соавторов, вскоре приобрело популярность. В настоящее время НЛП практикуется в основном тренинговыми компаниями, а также коммерческими организациями в психологических тренингах для персонала. Об НЛП выпускается большое количество популярной литературы.

Разработчики НЛП, Ричард Бендлер, Джон Гриндер и Фрэнк Пьюселик, объясняют, что в нейролингвистическом программировании воплощены идеи Коржибски относительно того, что наши карты, или модели мира являются искажёнными репрезентациями ввиду особенностей нейрологического функционирования и ограничений, связанных с ним. «Информация о мире получается рецепторами пяти чувств и затем подвергается различным нейрологическим трансформациям и лингвистическим трансформациям даже до того, как мы впервые получаем доступ к этой информации, что означает, что мы никогда не переживаем на опыте объективную реальность, не изменённую нашим языком и нейрологией».

В основу НЛП легла техника копирования вербального и невербального поведения трех психотерапевтов: Фриц Пёрлз (гештальттерапия), Вирджиния Сатир (семейная терапия) и Милтон Эриксон (эриксоновский гипноз).

Основываясь на языковых шаблонах и сигналах тела, собранных экспертными методами во время наблюдений нескольких психотерапевтов, практикующие нейролингвистическое программирование считают, что нашу субъективную реальность определяют убеждения, восприятие и поведение, и, следовательно, возможно проводить изменения поведения, трансформировать убеждения и лечить травмы. Техники, выработанные на основе данных наблюдений, своими создателями описывались как «терапевтическая магия», тогда как само НЛП описывалось как «исследование структуры субъективного опыта». Эти утверждения основываются на принципе, что любое поведение (будь то самое совершенное или дисфункциональное) не проявляется случайно, но имеет структуру, которую возможно понять. НЛП применяется в целом ряде сфер деятельности: продажи, психотерапия, коммуникация, образование, коучинг, спорт, управление бизнесом, межличностные отношения, а также в духовных движениях и при соблазнении. Как среди практиков, так и среди скептически настроенных людей существует значительное разнообразие мнений относительно того, что следует считать НЛП, а что не следует.

Система эта была разработана при ответе на вопрос, почему определённые психотерапевты так эффективно взаимодействуют со своими клиентами. Вместо того, чтобы исследовать данный вопрос с точки зрения психотерапевтической теории и практики, Бендлер и Гриндер обратились к анализу того, что делали эти психотерапевты на наблюдаемом уровне, категоризировали это и применяли категории в виде общих моделей межличностного влияния. НЛП пытается научить людей наблюдать, делать предположения и реагировать на людей так же, как те три крайне эффективных психотерапевта. (https://ru.wikipedia.org/wiki/%CD%E5%E9%F0%EE%EB%E8%ED%E3%E2%E8%F1%F2%E8%F7%E5%F1%EA%EE%E5_%EF%F0%EE%E3%F0%E0%EC%EC%E8%F0%EE%E2%E0%ED%E8%E5)

 

  1. Эриксоновский гипноз Новый подход в гипнотерапии, создателем которого явился американский психотерапевт Эриксон (Erickson M. Н., 1901-1980), получил в 80-е гг. в мировой психотерапевтической практике широкое признание и известен как Э. г. Его принципы и технические приемы, дополняя традиционный гипноз, расширили возможности лечебной тактики психотерапевта, особенно с трудными пациентами, неподатливыми к когнитивным и традиционным суггестивным методам. Приемлемым и полезным оказалось включение этого метода, прежде всего его принципов, в разрабатываемые в последние годы эклектические и интегративные модели краткосрочной психотерапии. Такие крупные исследователи и практики в гипнологии и психотерапии, как Вайценхоффер (Weitzenhoffer А.), Хейли (Haley J.), Росси (Rossi E. L.), Зейг (Zeig J. K.) и др. считают Эриксона отцом современного клинического гипноза и краткосрочной стратегической психотерапии.

Подход Эриксона принципиально антитеоретичен и прагматичен. Его знание идет из практического опыта, а не из теоретических размышлений. Он никогда не формулировал единой теории гипноза и только в ответ на упорные расспросы его учеников и последователей выражал свое мнение о теоретических его аспектах. Именно такие его ученики, как Росси, Хейли, Зейг, Гиллиген (Gilligan S. G.), Бендлер и Гриндер (Bandler R., Grinder J.), Лэнктоны (Lankton S. R., Lankton С. Н.), Розен (Rosen S.) и многие другие провели большую работу по анализу, классификации и каталогизации эриксоновского подхода (его статей и лекций, стенограмм и аудиозаписей, наблюдений за его работой и обсуждений ее с ним). Они выпустили в свет несколько книг, написанных совместно с Эриксоном или отдельно, где отражены и их собственные позиции в направлении дальнейшего углубления и развития этого перспективного подхода в гипнотерапии и психотерапии в целом.

Для эриксоновского подхода свойственно расширенное понимание гипнотического состояния, представляющего собой разновидность измененного или трансового состояния сознания. Гипнотический транс, согласно Эриксону, это последовательность взаимодействий «гипнотерапевт — пациент», приводящая к поглощенности внутренними восприятиями и вызывающая такое измененное состояние сознания, когда «Я» пациента начинает проявляться автоматически, т. е. без участия сознания. Эриксоновский гипнотерапевт действует в соответствии с принципом утилизации, согласно которому стереотипы самопроявления пациента рассматриваются как основа возникновения терапевтического транса. Это требует не стандартизованных воздействий, а приспособления гипнотерапевта к текущему поведению пациента, а затем руководству им. Транс возникает из межличностного взаимодействия на уровне ощущений, когда гипнотерапевт подстраивается к пациенту, тем самым позволяя обеим сторонам становиться все более восприимчивыми по отношению друг к другу.

Микродинамика наведения гипнотического транса и внушения состоит из следующих стадий (Эриксон и Росси):

1) фиксация внимания,

2) депотенциализация установок сознания,

3) бессознательный поиск,

4) гипнотический отклик.

В стадии фиксации внимания важно обеспечить и поддерживать его сосредоточение с помощью:

1) рассказов, которые интересуют, мотивируют, увлекают пациента;

2) стандартной фиксации взгляда;

3) пантомимы и невербального общения в целом;

4) воображения или визуализации;

5) левитации руки;

6) релаксации и других способов.

Вторая стадия — депотенциализация установок сознания — осуществляется, когда удается зафиксировать внимание и фокус внимания автоматически сужается до той степени, при которой обычные системы отсчета пациента становятся уязвимыми для депотенциализации. Для того чтобы обойти и депотенциализировать сознательные процессы, используются:

1) шок, удивление,

2) отвлечение внимания,

3) диссоциация,

4) когнитивная перегрузка,

5) замешательство и др. способы.

Эриксон часто использует «сюрприз — неожиданность», чтобы «встряхнуть» человека из его привычных паттернов ассоциаций, пытаясь развить его естественные способности к бессознательному творчеству. Можно привести пример, когда Эриксон неожиданно позволяет пациенту реагировать на внушение левитации руки индивидуальным образом. Субъект, у которого после внушения поднялась и зависла рука, пытается сознательно ее опустить, толкая ее вниз все сильнее и сильнее. Эриксон сказал ему: «Это довольно интересно, по крайней мере для меня. Я думаю, что и вам станет интересно, когда вы откроете, что не можете перестать толкать руки вниз». Он вызвал шок и удивление, которые на мгновение затормозили систему представлений субъекта. Именно в этот момент Эриксон добавил внушение: «Вы обнаруживаете, что не можете перестать толкать руку вниз». Субъект думал, что он сопротивляется. Мысль, что он не сможет остановиться, оказалась для него абсолютно неожиданной, и к тому моменту, когда она до него дошла, то оказалась полностью сформировавшейся идеей. И он, к своему удивлению, обнаружил, что не может прекратить толкать руку вниз, и спросил: «Что произошло?» Эриксон сказал: «По крайней мере ваши руки вошли в транс. Вы можете встать?» Этот простой вопрос явился развитием фразы и распространился на ноги. Разумеется, не мог встать.

Прием замешательства явился одним из наиболее эффективных компонентов в техниках наведения транса и внушения Эриксона. В то время как другие психотерапевты, так же как и большинство людей, обычно пытаются найти способ достичь максимальной ясности в общении, Эриксон намеренно развил в себе умение общаться так, чтобы это вызывало у людей замешательство. Основной момент здесь — кажущееся случайным и непреднамеренным вмешательство, препятствующее привычному реагированию субъекта на реальную ситуацию. Это вызывает состояние неопределенности, фрустрированности и замешательства, в результате чего человек с готовностью принимает гипноз как средство разрешения ситуации. Метод создания замешательства утилизирует все, что бы ни делал пациент с целью противодействия трансу, в качестве основы, позволяющей вызвать транс. Замешательство может быть осуществлено посредством прерывания какого-либо стереотипа. В частности, одной из такого рода процедур, разработанных Эриксоном, является наведение гипнотического транса рукопожатием. Суть ее в неожиданности, которая разрывает обычные рамки существования субъекта, чтобы вызвать мгновенное замешательство. В письме к Вайценхофферу в 1961 г. Эриксон описывал свой подход к наведению транса рукопожатием как способ вызвать каталепсию. Примером использования этой техники является описание Эриксоном одного из своих «пантомимических наведений», где надо было обойти языковый барьер. К подготовленной для демонстрации субъекту-женщине Эриксон подошел и с улыбкой протянул ей правую руку, она протянула свою. Он медленно пожал руку, глядя ей прямо в глаза, как и она — ему, и медленно перестал улыбаться. Отпуская ее руку, он сделал это определенным необычным образом, выпуская ее из своей руки понемногу и слегка, нажимая то большим пальцем, то мизинцем, то безымянным, все это — неуверенно, неровно, как будто колеблясь и так мягко убирая свою руку, чтобы она не почувствовала, когда именно он ее уберет и до какой части ее руки дотронется в последний раз. Одновременно он медленно изменил фокусировку своего взгляда, дав ей минимальный, но ощутимый сигнал, что смотрит не на нее, а сквозь ее глаз куда-то вдаль. Ее зрачки медленно расширились, и тогда Эриксон мягко отпустил ее руку совсем, оставив ее висеть в положении каталепсии. Легкое давление на ее запястье, направленное вверх, заставило ее руку немного подняться.

Еще один прием замешательства, первоначально разработанный Эриксоном для возрастной регрессии, состоит в дезориентации во времени. В главных своих чертах метод «путаницы» состоит в том, что внимание пациента сосредоточивается с помощью беседы на каких-то нейтральных, повседневных действиях (например, еде), а затем постепенно выполняются различные маневры, создающие замешательство и вызывающие дезориентацию (например, быстрая смена точек отсчета времени, введение несуразностей, ускорение темпа речи). В качестве примера можно привести фрагмент текста начала наведения Эриксоном гипнотического транса: «…и вы, возможно, ели сегодня что-то такое, что ели и раньше, может быть, на прошлой неделе или на позапрошлой неделе… и возможно, будете есть то же самое снова на следующей неделе или еще через неделю… и может быть, тот день на прошлой неделе, когда вы ели то, что ели сегодня, был тогда сегодняшним днем точно так же, как этот день сейчас — сегодняшний. Другими словами, то, что было тогда, возможно, совсем как то, что есть сейчас… может быть, это был понедельник, как сегодня, или вторник, не знаю… и, может быть, в будущем вы будете есть то же самое снова в понедельник или во вторник, но нельзя исключить и среду, пусть даже это середина недели… И что на самом деле означает быть серединой недели? Я, по правде, не знаю, но я знаю, что в начале недели воскресенье идет перед понедельником, а понедельник перед вторником, а вторник после воскресенья, если не считать того, когда он за пять дней до него…» и так далее движение во времени, перепутывая и сменяя представления и события в настоящем, прошлом и будущем времени.

В рамках недирективного (неавторитарного) гипнотического транса используются такие приемы, как импликация (подразумевание), связка и двойная связка, диссоциация, ратификация, идеомоторный сигналинг, составные внушения и многие другие способы косвенного внушения, разработанные Эриксоном. Психологическая импликация для него — это ключ, который автоматически устанавливает переключатели ассоциативных процессов пациента в предсказуемые паттерны без осознания того, как это происходит. Примеры импликаций: «Если вы сядете в это кресло, можете затем войти в транс», «Разумеется, ваша рука не онемеет, пока я не сосчитаю до пяти». Прием связки предлагает выбор из двух или более сравниваемых альтернатив, т. е. какой бы выбор ни был сделан, это направит пациента в нужную сторону. Пример связки: «Какой транс вы хотели бы испытать — легкий, средний или глубокий?» Двойные связки, наоборот, предлагают возможности поведения, которые находятся вне обычного для пациента сознательного выбора и контроля. Пример двойной связки: «Какая рука, правая или левая, сначала непроизвольно шевельнется, двинется в сторону, поднимется вверх или надавит вниз?» Диссоциация между сознательным и бессознательным как наиболее существенный механизм развития гипнотического транса возникает как автоматически, так и с помощью определенных стимулов и заданий. Диссоциация может возникнуть при возложении одной из задач на сознательный уровень функционирования пациента, а другой — на бессознательный. Использование разного тона голоса или различных уровней смысла нередко приводит к такому же результату. Примеры диссоциаций: «Ваше сознание может слушать мои голос, а ваше подсознание может чувствовать комфорт…», «Ваше сознание может сомневаться и вести внутренние диалоги, а ваше бессознательное может проявляться осмысленным, неоспоримым образом и погружать вас в транс».

Все позитивные изменения в структуре личности пациента, в его представлениях, эмоциях или поведении должны быть следствием обучения, возникающего во время гипноза, а не прямым результатом конкретного гипнотического внушения. Гипноз не столько создает для пациента новые возможности, сколько обеспечивает доступ к существующему у него опыту, способностям, знанию, потенциалу, помогая более эффективному их использованию. Гипноз позволяет проводить психотерапию на бессознательном уровне. Сам Эриксон называл свой терапевтический стиль натуралистическим или утилизационным подходом. Основной принцип данного подхода состоит в том, что необходимо использовать любые убеждения, ценности, установки, эмоции или формы поведения, проявляемые пациентом, чтобы вызвать у него переживания, способствующие психотерапевтическим изменениям. Терапевтическое воздействие в значительной мере облегчается, если гипнотерапевт погружается в межличностный внешнеориентированный транс (этот аспект поведения гипнотерапевта подробно разработан Гиллигеном), в котором все его внимание поглощено пациентом. Использование в трансе идеомоторного сигналинга (непроизвольные движения пальцев, покачивание головы), а затем автоматического рисунка и автоматического письма по аналогии со сновидениями и фантазиями открывает прямой доступ к пониманию бессознательного. В процессе гипнотерапии постепенно пациент становится готовым к тому, чтобы произошел перенос психотерапевтически значимого обучения с бессознательного уровня на сознательный.

Эриксоном разработан еще один из важных психотерапевтических подходов — гипнотическая проекция пациента в воображаемое успешное будущее с последующим анализом его реакций и переживаний, приведших к такому результату. Затем следует постгипнотическое внушение бессознательному, с помощью которого пациент осуществляет все те конкретные вещи, которые, как бессознательное уже показало, приведут к успеху. Этот процесс, по мнению Хейвенса (Havens R. А.), и является наиболее существенным аспектом подхода Эриксона. Активно используется также возможность в гипнозе погружения в прошлые события. Это перемещение в пространстве и времени дает возможность пациенту повторно пережить в регрессии прошлое патогенное событие и отреагировать на него более конструктивным образом, чем было в исходном положении. При этом важно защитить пациента от боли воспоминания с помощью диссоциативной отстраненности от переживаемого или с помощью амнезии. Диссоциация, отстраненность или отделение субъективного от объективного — еще одна из гипнотических форм, часто используемых Эриксоном. Диссоциативная стратегия полезна для успешности некоторых специфических форм обучения (например, анестезии или эмоциональной объективности), позволяет проводить психотерапевтические воздействия без участия сопротивления и мешающих субъективных реакций. Метод «рассеяния», или встроенных внушений, также широко применяется в Э. г. Встроенные внушения (например, фраза «преодолей это»), недоступные сознательному восприятию с позиции отнесения к себе и запечатлеваемые в подсознании пациента, могут быть использованы не только в рамках формального гипноза, но и применены в ходе любого психотерапевтического общения. Легкое изменение громкости во время произнесения встроенного внушения, установление небольших пауз перед внушением и после него, упоминание имени пациента — все это способствует усилению воздействия рассеянных внушений.

Эриксон считается непревзойденным мастером использования метафорических историй в лечебных целях. Он совместно с Росси предположил, что поскольку симптомы эмоционального происхождения являются сообщениями на языке правого полушария, то использование метафор позволит напрямую общаться с правым полушарием, т. е. с бессознательным на его собственном языке. События метафорической истории должны чем-то напоминать события актуальной проблемы пациента и иметь решения этой проблемы. Это могут быть истории о других пациентах, притчи и сказки, события из жизни, но могут быть и новые метафоры, сконструированные гипнотерапевтом для данного пациента и содержащие в себе скрытые от сознательного контроля намеки на способы решения его проблемы.

Эффективное использование гипноза, как и психотерапии в целом, в эриксоновском подходе не ограничивается какими-то особыми техниками. Более важным является осознание и принятие реальности вместе с готовностью и способностью использовать все, что она предлагает для достижения желаемых результатов. При использовании Э. г. происходят такие изменения, которые воспроизводят и поддерживают сами себя и приводят к дальнейшим изменениям. Это происходит прежде всего потому, что изменения были направлены на внутренний рост и самораскрытие пациента.

Психотерапевтическая энциклопедия. — С.-Пб.: Питер. Б. Д. Карвасарский. 2000.

http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_psychotherapeutic/489/%D0%AD%D0%A0%D0%98%D0%9A%D0%A1%D0%9E%D0%9D%D0%9E%D0%92%D0%A1%D0%9A%D0%98%D0%99

 

  1. АНАЛИТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ (англ. analytic psychology) — одно из направлений неофрейдизма, основанное швейцарским психологом и культурологом К. Г. Юнгом. В центре А. п. находится учение о бессознательном, которому Юнг отводит ведущее место при объяснении причин возникновения особенностей психики и поведения человека. Убедившись, что идеи З. Фрейда, разработанные на материале больных истерией, неприменимы к шизофреникам, Юнг выдвинул иную, чем Фрейд, концепцию бессознательного. Кроме индивидуального бессознательного Юнг выделяет еще коллективное бессознательное. Интерпретируя с психологической т. зр. данные физической и культурной антропологии (этнографии), истории культуры и религии, Юнг толкует коллективное бессознательное как «осадок» в психике человека опыта, полученного в ходе биологической эволюции и культурно-исторического развития.

В качестве единицы анализа коллективного бессознательного Юнг выдвигает понятие архетипа — врожденной установки к избирательному восприятию, переживанию и, возможно, некоторой форме поведения по отношению к определенным стимулам. Архетип определяется как «чистая потенция формы», не имеющая собственного содержания, но позволяющая структурировать различное содержание психики. Постулируя существование разных архетипов, Юнг выделяет в психике человека пласты животного, общечеловеческого, родового, семейного и индивидуального происхождения. В структурирующем влиянии архетипа на поведение Юнг усматривает проявление либидо, которое понимается им как динамически-энергетический аспект психики. Не в созидательной социальной деятельности человека, а в глубинах индивидуальной психики видит Юнг движущие силы развития субъекта. Либидо путем спонтанного формирования общих установок направляет развитие индивида по пути «индивидуации», т. е. полного выявления неповторимой индивидуальности человека, его полного самоосуществления.

Кроме общих установок (неосознаваемой направленности на определенную цель, готовности к некоторому действию и восприятию), Юнг вводит понятия экстравертированной (направленной на внешний мир) и интровертированной (направленной на внутренний, субъективный мир) установок сознания (эго). Эти установки характеризуют 2 против. психологических типа личности — экстравертов и интровертов. Выдвинутая Юнгом типология получает дальнейшее развитие в факторной теории личности, разработанной англ. психологом Г. Айзенком. Определяемые с помощью опросников Айзенка показатели по шкале экстраверсия—интроверсия значимо коррелируют с некоторыми свойствами темперамента и чертами личности.

Добавление ред.: В числе плодотворных идей, выдвинутых Юнгом и получивших развитие в психоанализе, была идея психических комплексов, составляющих содержание личного бессознательного.

http://psychological.slovaronline.com/%D0%90/111-ANALITICHESKAYA_PSIHOLOGIYA

 

  1. ТРАНЗАКТНЫЙ АНАЛИЗ (англ. transactional analysis, TA) — теория личности и система психотерапии (направленной на рост и изменение личности; напр., на изменение аттитюдов), ведущие свое развитие из концепции Э. Берна. Син. транзакционный анализ. Главная цель Т. а. как психотерапии состоит в том, чтобы у клиента сформировалась адаптивная, зрелая и реалистическая установка (аттитюд) на жизнь, т. е., в терминах Берна, чтобы «взрослое эго получило гегемонию над импульсивным ребенком». (Б. М.)

http://psychological.slovaronline.com/%D0%A2/1847-TRANZAKTNYIY_ANALIZ

 

  1. ПСИХОДРАМА (англ. psychodrama) — направление групповой психотерапии, использующее в качестве основной техники сценическую форму действия. Основоположником П. был Я. Морено (Moreno). Годом рождения П. считается 1921 г., когда был создан проект «Театр спонтанности». Морено следовал идее о том, что в основе человеческого существования лежит двойной принцип спонтанности и творчества. Исходя из клинических наблюдений и жизненного опыта, он сделал вывод, что создание ситуаций, в которых эти принципы высвобождаются, полезно для проработки проблем самого разного рода. Описывая психодраматический метод, он выделяет 5 основных инструментов: сцену субъекта (пациента), режиссера, штат вспомогательных помощников (или вспомогательные эго, Я) и публику. Каждый из этих элементов играет определенную роль. Так, сцена дает пациенту жизненное пространство, в котором он может почувствовать себя свободным, позволить себе самовыражение. При этом на сцене могут появиться не только «реальные» субъекты и объекты, но и внутренние персонажи пациента, которые именно в этой ситуации находят себе место. Сам субъект (протагонист в терминах П.) при этом должен реализовывать на сцене тот или иной элемент своей частной, конкретной жизни. В рамках П. ему предлагают пережить и сыграть самого себя и ту ситуацию, в которой он оказывается. При этом провозглашается принцип участия, согласно которому в ситуации пациента принимает участие большое число персонажей — и внутренних, и реальных. Как пишет Морено, «реальности не только боятся, но ее вызывают». Режиссер П. выступает в качестве постановщика, терапевта и аналитика. Он, во-первых, руководит происходящим на сцене, следуя прямым указаниям или улавливая малейшие намеки пациента; во-вторых, он взаимодействует с пациентом в качестве психотерапевта; в-третьих, в качестве аналитика он предлагает свои интерпретации происходящего. Вспомогательные Я — это участники группы, играющие значимых в жизни пациента людей. Они одновременно являются «дополнением» терапевта (ко-терапевтами) и к самому пациенту, проигрывая его ситуацию. Зрители, не принимающие непосредственного участия в П., но присутствующие при игре, с одной стороны, реагируя на происходящее, осуществляют воздействие на протагониста, а с другой стороны, сами оказываются в позиции пациента, воспринимая и сопереживая разворачивающемуся действию. Классическая П. состоит из 3 частей: 1) разогрев, во время которого активизируется спонтанность и креативность участников группы, формирует групповую сплоченность и групповую психодинамику и помогает участникам сосредоточиться на своих личных проблемах; 2) само драматическое действие, когда выбранный протагонист осуществляет и руководит проигрыванием ситуации; на этом этапе режиссер может применять различные техники для помощи протагонисту, такие как обмен ролями, дублирование (один из участников группы присоединяется к протагонисту и активно участвует в постановке действия), «психодраматическое зеркало» (протагонист становится в роль наблюдателя и смотрит на действие, в котором его роль исполняет др. участник группы) и др.; 3) шеринг (shearing), заключающая часть П., в процессе которой участники делятся своими эмоциями, возникшими в процессе работы, а также рассматривают сходства собственных жизненных ситуаций с происходившим во 2-й части.

В целом, метод П. имеет своей целью помочь людям научиться решать свои проблемы в рамках микрокосма группы, свободной от обычных социальных норм и правил, через проигрывание своих фантазий, проблем, страхов и т. п. (А. А. Корнеев.)

http://psychological.slovaronline.com/%D0%9F/1455-PSIHODRAMA

13.  Символдрама — один из видов индивидуальной и групповой психотерапии, в основе которого лежат теория классического психоанализа, аналитическая психология К.Г.Юнга и современные модели. В переводе с греческого символдрама означает — действие условного знака (греч. symbolon — условный знак и drama — действие). Другие названия этой техники — кататимно-имагинативная психотерапия (от лат. kata — соответственно, thymos — душа, imago — образ, т. е. психотерапия переживания образов, соответствующих душевному состоянию), кататимное переживание образов, метод сновидений наяву.

Основателем символдрамы считается Ханскарл Лёйнер (1919–1996 гг.) — немецкий психоаналитик, врач, психотерапевт. Данный метод терапии был создан в 50-е — 70-е годы двадцатого века, а позднее значительно дополнен детским психоаналитиком и психотерапевтом Г.Хорном.

Символдрама получила широкое распространение в практике психотерапевтов Северной и Южной Америки, а также Европы, за исключением Франции. В России символдрама стала известна в последнем десятилетии двадцатого века.

Суть символдрамы заключается в том, что пациент представляет образы на тему, заданную врачом. Эти образы позволяют раскрыть конфликты и противоречия, которые скрываются в индивидуальном бессознательном. Метафорически символдраму можно охарактеризовать как «психоанализ при помощи образов».

Понимание символики образов и процессов, происходящих в символдраме, значительно обогащается обращением к теории архетипов и коллективного бессознательного К.Г.Юнга, а также к разработанному им методу активного воображения. То, что предлагает клиенту символдрама логически вытекает из представления Юнга об архетипах. Лейнер предположил: если образ архетипичен, он должен вызывать сильные чувства, будут задействованы мощные психические силы клиента. А конкретные детали, которыми наделит образ данный человек, расскажут о его личном бессознательном.

Наиболее качественные результаты символдрама демонстрирует при лечении невротических и неврозоподобных состояний, различных расстройств эмоциональной сферы, нарушений адаптационных возможностей и всевозможных психосоматических расстройств (т.е. физических заболеваниях, корень которых находится в психической области). Положительным моментом является возможность применения инструментария символдрамы для помощи детям (с 6,5 лет), а также хорошая сочетаемость методики с другими психотерапевтическими инструментами. Среди противопоказаний к использованию символдрамы специалистами выделяются: церебрально-органические синдромы; коэффициент интеллектуальности ниже 85; недостаточная мотивация, самотерапия, а также некоторые формы психозов.

Процедура символдрамы включает четыре этапа:

  1. предварительная беседа,
  2. расслабление,
  3. представление образа под контролем психотерапевта,
  4. заключительная беседа.

Символдрама делится на следующие виды:

  1. индивидуальная,
  2. групповая,
  3. для детей и подростков,
  4. парная, в том числе семейная.

Ключевым понятием в символдраме является мотив. Под мотивами понимаются специальные темы образов, каждый из которых направлен на решение определенной задачи. Например, если пациент нуждается в проработке трудностей первого года жизни, психотерапевт предлагает ему представить образ «луг«. Другими мотивами могут являться: «ручей» (работа с проблемами раннего детства), «гора» (проблемы, связанные с эдиповым комплексом), «дом» (актуальное состояние), «опушка леса» (бессознательные страхи), «идеал-я» (принятие себя), «значимое лицо» (проработка актуального значимого отношения), «лев» (агрессивность), «куст розы» или «поездка автостопом» (сексуальность), «вулкан«, «пещера«, «отверстие на болоте«, «фолиант«. Всего в современной практике символдрамы используются порядка ста различных мотивов.

Как проходит сеанс символдрамы? Обычно терапия включает 10–15 сессий, но в сложных случаях количество визитов к психотерапевту может быть и значительно большим. Пациент удобно располагается в кресле или на кушетке, погружается в релаксирующее состояние. Углубляется и выравнивается дыхание, расслабляются мышцы. Терапевт предлагает ему представитькакой-либо образ, при этом вербально описывать то, что возникает перед его внутренним взором.

Например, пациент представляет себе ручей — от его истока до впадения в море. И тут перед его внутренним взором из спокойной воды внезапно выпрыгивает, напугав клиента, огромный кит. Это значит, что у данного пациента есть какая-то «невидимая» на поверхности сознания мощная часть личности, обладающая разрушительной силой. Возможно, это подавленные чувства — может быть агрессия, гнев или сексуальные желания. Задача, которую совместно должны решить пациент и врач, — понять природу этого «кита», вступить с ним в контакт и, по возможности, «приручить» его.

Еще пример. В образе «Идеал-Я» пациентка представляет себе прекрасную, молящуюся монахиню, и внезапно испытывает по отношению к этой женщине раздражение. Вероятно, женщину раздражают добровольно наложенные ею на себя запреты. Важно понимать, что в символдраме нет закрепления конкретных значений за символами, ключевую роль играют чувства пациента, которые вызывают у него наблюдаемые им символы. Замечено, что символдрама оказывает общий благотворный эффект на внутреннее состояние пациентов. Основатель метода вспоминал отзыв одного из своих клиентов, представляющего образ «луг»: «То, что вы со мной здесь делаете — просто великолепно!» Дело в том, что образы в символдраме чувствуются очень ярко, объемно, их восприятие близко к восприятию реальности. Человек чувствует прикосновения мягкой травы, прохладную воду, слышит пение птиц, ощущает тепло от солнца… Ландшафты внутреннего мира напоминают картины детства, они дают душе отдых и прибавляют сил.

14.  Экзистенциально-гуманистическая психотерапия

Гуманистическое направление в психотерапии включает в себя разнообразные подходы, школы и методы, которые в самом общем виде объединяет идея личностной интеграции, личностного роста, восстановления целостности человеческой личности. Этого можно достичь путем переживания, осознания (осознавания), принятия и интеграции опыта, уже существующего и полученного в ходе психотерапевтического процесса. Но представления о том, каким должен быть этот путь, за счет чего пациент в ходе психотерапии может получить новый уникальный опыт, способствующий личностной интеграции, у представителей данного направления различаются. Обычно в «опытном» направлении выделяют три основных подхода.

Философский подход. Его теоретической основой являются экзистенциальные взгляды и гуманистическая психология. Главная цель психотерапии — помочь человеку в становлении самого себя как самоактуализирующейся личности, помощь в поисках путей самоактуализации, в раскрытии смысла собственной жизни, в достижении аутентичного существования. Это может быть достигнуто посредством развития в процессе психотерапии адекватного образа Я, адекватного самопонимания и новых ценностей. Личностная интеграция, рост аутентичности и спонтанности, принятие и осознание себя во всем своем многообразии, уменьшение расхождения между Я-концепцией и опытом рассматриваются как самые значимые факторы психотерапевтического процесса.

Наиболее полно этот подход выражен в разработанной Роджерсом клиент-центрированной психотерапии, получившей широкое распространение и оказавшей значительное влияние на развитие групповых методов. Для Роджерса задачи психотерапии заключаются в создании условий, способствующих новому опыту (переживаниям), на основании которого пациент изменяет свою самооценку в положительном, внутренне приемлемом направлении. Происходит сближение реального и идеального «образов Я», приобретаются новые формы поведения, основанные на собственной системе ценностей, а не на оценке другими. Психотерапевт последовательно реализует в ходе работы с пациентом три основные переменные психотерапевтического процесса.

Первая — эмпатия — это способность психотерапевта встать на место пациента, почувствовать его внутренний мир, понимая его высказывания так, как он сам это понимает.

Вторая — безусловное положительное отношение к пациенту, или безусловное положительное принятие, — предполагает отношение к пациенту как к личности, обладающей безусловной ценностью, независимо от того, какое поведение он демонстрирует, как оно может быть оценено, какими качествами он обладает, болен он или здоров.

Третья — собственная конгруэнтность, или аутентичность психотерапевта, — означает истинность поведения психотерапевта, соответствие тому, какой он есть на самом деле.

Все три параметра, вошедшие в литературу под названием «триада Роджерса», непосредственно вытекают из взглядов на проблему личности и возникновение расстройств. Это, по сути дела, «методические приемы», способствующие изучению пациента и достижению необходимых изменений. Сложившиеся таким образом отношения с психотерапевтом пациент воспринимает как безопасные, ощущение угрозы при этом редуцируется, постепенно исчезает защита, вследствие чего пациент начинает открыто говорить о своих чувствах и переживаниях. Искаженный ранее по механизму защиты опыт теперь воспринимается более точно, пациент становится более «открытым опыту», который ассимилируется и интегрируется в «Я», а это способствует увеличению конгруэнтности между опытом и «Я-концепцией». У пациента возрастает позитивное отношение к себе и другим, он становится более зрелым, ответственным и психологически приспособленным. В результате этих изменений восстанавливается и приобретает возможность дальнейшего развития способность к самоактуализации, личность начинает приближаться к своему «полному функционированию».

В психотерапевтической теории и практике в рамках философского подхода наиболее известны клиент-центрированная психотерапия Роджерса, логотерапия Франкла, дазайн-анализ Бинсвагера, разговорная психотерапия А. М. Тауша (А. М. Tausch), а также психотерапевтические технологии Р. Мэя, Дж. Т. Быоджеиталя (J. Т. Bugental), И. Д. Ялома (I. D. Yalom).

Соматический подход. При этом подходе новый опыт, способствующий личностной интеграции, пациент приобретает за счет общения с самим собой, с различными аспектами своей личности и своего актуального состояния. Используются как вербальные, так и невербальные методы, применение которых способствует интеграции «Я» благодаря концентрации внимания и осо-знавания различных аспектов (частей) собственной личности, собственных эмоций, субъективных телесных стимулов и сенсорных ответов. Делается акцент и на двигательных методиках, способствующих высвобождению подавленных чувств и их дальнейшему осознанию и принятию. Примером этого подхода является гештальт-терапия Перлса.

Духовный подход. При таком подходе новый опыт, способствующий личностной интеграции, пациент приобретает благодаря приобщению к высшему началу. В центре внимания находится утверждение «Я» как трансцендентального или трансперсоналыюго опыта, расширение опыта человека до космического уровня, что, по мнению представителей данного подхода, ведет к объединению человека со Вселенной (Космосом). Достигается это с помощью медитации (например, трансцендентальной медитации) или духовного синтеза, который может осуществляться различными приемами самодисциплины, тренировки воли и практики деидентификации.

Таким образом, опытный подход объединяет представления о целях психотерапии как личностной интеграции, восстановлении целостности человеческой личности, что может быть достигнуто за счет переживания, осознания (осозиавания), принятия и интеграции нового опыта, полученного в ходе психотерапевтического процесса. Пациент может получить новый уникальный опыт, способствующий личностной интеграции, различными путями: этому опыту могут способствовать другие люди (психотерапевт, группа), непосредственное обращение к ранее закрытым аспектам собственного «Я» (в частности, телесного) и соединение с высшим началом.

Т. Б. Карасу (Karasu Т. В., 1977), рассматривая экзистенциально-гуманистическое направление в психотерапии, приводит следующие его основные категории:
• концепция патологии (основывается на признании существования экзистенциального отчаяния как следствия утраты человеком возможностей, расщепления «Я», рассогласования с собственными знаниями);
• здоровье (связано с реализацией потенциала человека — развитием «Я», достижением подлинности, непосредственности);
• желательные изменения (непосредственность переживаний, восприятие и выражение ощущений или чувств в данный момент);
• временной подход (внеисторический, фокусируется на феноменологическом моменте);
• лечение (кратковременное и интенсивное);
• задача психотерапевта (сводится к взаимодействию в атмосфере взаимного принятия, способствующего самовыражению, — от соматического до духовного);
• основной психотерапевтический метод (встречи с равноправным участием в диалоге, проведение экспериментов, игр, инсценировок или «разыгрывание» чувств);
• лечебная модель (экзистенциальная: диада равных людей, или «Взрослый—Взрослый», то есть человеческий союз);
• характер отношения пациента к лечению (считается реальным, в отличие, например, от признания существования переноса в динамическом направлении, и представляет первостепенную важность);
• позиция психотерапевта (взаимодействующая и принимающая; он выступает во взаиморазрешающей или удовлетворяющей роли).
Преемственность между личностной концепцией, концепцией патологии и собственно практикой психотерапевтической работы является непременным условием научно обоснованных психотерапевтических школ (Карвасарский Б. Д., 2002).

 

 

 

Реклама